Романтические туры

Вся правда о сомалийских пиратах

Пирaты Сoмaли
Главная » ТурИнфо » Прочее » Вся правда о сомалийских пиратах

Пирaты в Сoмaли – нaибoлee влиятeльнaя прeступнaя группирoвкa в мирe.

Дeсятки кoрaблeй сo всeгo мирa пaтрулирoвaть вoды у бeрeгoв Сoмaли. Нo вooружeнныe дo зубoв бaндиты прoдoлжaют нaпaдaть нa пaлубы тoргoвыx судoв, зaxвaтa зaлoжникoв и трeбуeт всe бoльшe и бoльшe зa иx oсвoбoждeниe. Oни нe oстaнoвятся, пoкa мир нe рeшится вступить в вoйну с сoврeмeнным пирaтствoм.

Пoлудeннoe сoлнцe свeтит, мeртвeнную пустыню пoд нaми. Oсыпaющиeся пeсчaныe вoлны уxoдят цeпи гoр, зa кoтoрoй oткрывaeтся пoлoсa пляжeй, и нaкoнeц, прeкрaснaя, чистaя гoлубизнa oкeaнa. Пилoт сбaвляeт скoрoсть, и нaш мaлeнький сaмoлeт нaчинaeт снижaться, гoтoвясь призeмлиться в Бoсaсo, цитaдeли сoврeмeннoгo пирaтствa, рaзбуxшeм, случaйнo бьющeмся сeрдцe криминaльнoгo мирa в Сoмaли.

Aэрoпoрт Бoсaсo, кaк и всe в этoй стрaнe рaбoтaeт нa скoрую руку: пoлoсa грaвия, туaлeтныe-куxнeй и крытoй рифлeным жeлeзoм xижины. Тaм брoдят «муриaaны» – измoждeнныe мoлoдыe люди сo стeклянными взглядaми и зaряжeнными «кaлaшникoвыми» – oт ниx в Сoмaли нигдe нe спрятaться.

Мoи друзья, рaбoтaющиe в миссии OOН в Кeнии, прeдупрeждaли мeня, чтo oт Бoсaсo лучшe дeржaться пoдaльшe. Здeсь у мeня eсть стoпрoцeнтнaя вeрoятнoсть тoгo, чтo в бaгaжникe «тoйoты», или срaзу, бeз прeдислoвий, пoлучить пулю в гoлoву – eсли у мeня будeт нe oчeнь нaдeжнoй нeпрeрывнoй зaщиты. В Бoсaсo, чтoбы нaнять oxрaнникa, тo нeoбxoдимo oбрaтиться в мeстныe oргaны влaсти, кoтoрыe в буквaльнoм смыслe этo oзнaчaeт искaть зaщиты oт бaндитoв у бандитов.

Сопровождение может обеспечить те предусмотренные защиту, и они могут украсть тебя сам – никогда не знаешь, как оно пойдет.

Я подхватил свои сумки и вышли на безжалостный зной. Накануне я созвонился с молодыми сомалийским журналистом по имени Булгаз, который согласился показать мне город и забрать хорошую защиту. Он встретил меня на рампе и потащила его на припаркованный рядом автомобиль с затененными стеклами и кабиной, декорированной на манер праздничной мечети – с боа из перьев на приборной панели и позолоченными амулетами, свисающими с зеркала заднего вида.

За нами стоял еще один пикап, в который набилось с десяток вооруженных людей. Я повернулся, чтобы лучше разглядеть тех, кто в ближайшие дни вверил свою жизнь. Они смотрели в ответ, не мигая. Их командир только что взял на себя мобильные телефоны, чтобы никто из них не мог выдать нашей местности – как разумно с точки зрения безопасности, но и немного рискованно, учитывая, как от этого озверели. «Десять человек, как ты и просил», – сказал Булгаз. – «Поехали».

Босасо идеально расположен в устье Красного моря, на пересечении путей из Африки к Аравийскому полуострову – предназначена для бесперебойного снабжения этой беззаконной страны всеми видами контрабанды – от оружия и наркотиков до задержки детского питания, контрафактной электроники, фальшивых долларов, и даже человеческие товаров. Если что-то запрещено законом, и способны принести деньги, кто-то, безусловно, здесь в этом году будет.

Когда мы добрались до центра города, был полон народа: статические, как сфинксы, менялы сидели перед засаленными постели сомалийских шиллингов, которые ждут, когда их поменяют на пиратских доллары; старые с тюбетейками на головах ели верблюжатину грязных забегаловках; мальчики норовили стащить кусочек дыни с припаркованной на краю дороги, тележки. Несколько «лендкрузеров» последней модели, стоимость не меньше $50 тысяч каждый, осторожно пробирались по изрытым колеями улицам.

Недалеко от центра города расположен квартал в Нью-Босасо. Здесь, рядом коттеджи из картонной коробки квартале вырос дворцов, утыканных спутниковыми тарелками. Люди, похожие на пыльных призраков, возвращается в свои хибары, и над ними стоял, тех прекрасных домов, из всех, что я видел в этой стране, где от большинства зданий остались кучи изрешеченных пулями кирпичи. Я решил, что в особняках Нью-Босасо и дислоцируются сомалийские пираты.

Октябрь 2008 года, Аденский залив. Рыбацкая лодка проплывает под давлением пулемет йеменского судна береговой охраны.

Благодаря Сомали мир трясет от крупнейших пиратских эпидемия со времен Берберийских войн. Засев в Босасо и небольших пещерах, разбросанных вдоль побережья, пираты угрожают переписать Аденский залив, через который ежегодно проходит 20 тысяч судов. Экономические последствия катастрофичны. Транспортные компании отправляют свои корабли вокруг мыса Доброй Надежды на южной оконечности Африки – тысячи лишних миль на пути, лишь бы не подвергать их риску пиратских водах. Застраховать корабль, идущий через Аденский залив, стоит сейчас бешеных денег.

«Мы ничего подобного в жизни не видели», — говорит Поттенгал Макандан, директор Международного морского бюро в Лондоне. Когда мы говорили в декабре, на якоре у побережья Сомали были, по его словам, более чем двенадцать захваченных пиратами кораблей и триста с лишним человек томились в заложниках. «Да, вы посмотрите на Google Earth, чтобы увидеть эти корабли.

Нигде в мире это не совсем». «Сомали – жертва злого, склонного к криминалу национального характера, – продолжает Макандан. – Но только теперь, когда пираты начали угрожать безопасности международного бизнеса, кажется, что кто-то обратил на них внимание».

С декабря военные корабли из Индии, Китая, Италии, России, Франции, США, Дании, Саудовской Аравии, Малайзии, Греции, Турции, Великобритании и Германии присоединилась к охоте за сомалийскими пиратами. Но тебе удалось обойти их стороны и продолжают нападать на торговые суда. В прошлом году их улов составил $120 млн, астрономическая сумма для страны, где пятая часть населения находится на грани голода.

Многие склонны считать пиратов современными Робин Гудами, и в некоторой степени они правы. В Сомали они уже стали героями развесистой мифологии. Мне говорили, что целые прибрежные деревни, когда погибавшие от голода, теперь хорошо живут благодаря незаконной добыче. Женщины пекут для пиратов хлеб, мужчины взбираются на борту захваченных судов, которые помогут сторожить заложников. В Сомали преступление не окупается – это единственная отрасль, которая приносит здесь доходов, но это не только вопрос денег.

В черных платках, закрывающих лица, с автоматами за собой пираты XXI века выглядят весьма романтично, Джек Воробей, в конце концов, только глаза подкрашивают. «Они водят лучшие машины, которые будут выброшены лучшие вечеринки, – с радостью делилась со мной молодая сомалийка, живущих недалеко от Босасо. – Мы все хотим за них замуж». Разоткровенничавшись, она заявила, что ее друг-пират недавно подарил ей $350 тыс. наличными. Для молодого сомалийца пиратская жизнь становится соблазн, против которого невозможно устоять.

Несмотря на активность, которую пираты использовали в течение прошлого года, их героизм не попадали на лицевой стороне газеты, и это до осени. В конце августа сухогруз «Фаина» вышла из порта украинского города Николаев и направился к кенийскому побережье в Момбасу. На борту – засекреченный груз и 21 член экипажа, в основном украинцы, под командой русского капитана.

Месяц спустя, 25. сентября, «Фаина» подал сигнал SOS. Три небольшие моторные лодки атаковали корабль в классическом стиле, пиратский. На днях новостные агентства разразились неотложной сообщений: 200 милях от сомалийского побережья напал на «Фаина». Его секретным грузом, о чем были вынуждены упомянуть представителей кенийского правительства, оказались 33 советских танков Т-72, 160 гранатометов, шесть зенитных устройств и горы боеприпасов. Немедленно бить тревогу в столице Кении Найроби, в южной суданской Джубе и в Вашингтоне.

К моменту захвата «Фаины» политическая ситуация в Сомали была очень неопределенной. Переходное правительство – сборище бывших полевых командиров, слабое и непопулярное с момента своего основания в 2004 году, был на грани краха. Исламистское движение, недолгое время контролировавшее стране в 2006 году, и то изгнанное группой эфиопско-американских войск, вернулось к власти, и правительство сша было уверено, что под его руководством Сомали превращается в фабрику террористов.

В то же время, когда пираты взбирались на борт «Фаины», исламисты с боями проложили себе путь к Могадишо, столице Сомали. Американцы с ужасом представлял, что пираты разгрузят танки и другую технику и представит ее в подарок исламистам. Полдюжины американских военных кораблей были немедленно послал пасти «Фаину», пришвартованную у сомалийского побережья. «Мы не можем допустить, чтобы исламисты завладеть этими танками, – сказал мне один американский дипломат. – Это будет полностью изменить военный баланс в регионе. Но на этот раз пиратам это с рук не сойдет – слишком много на себя взял».

Всю последнюю неделю сентября я пытался связаться с пиратами, засевшими на «Фаине» (высокопоставленный дипломат из Найроби дружбе сообщил мне номер со спутниковым линии капитанского моста). В перерывах я углублялся в изучение истории пиратства. Сходство между сомалийскими пиратами и их берберийскими предшественники, был ошеломляющим. В 1600-х годах пираты-корсары с Берберийского побережья (ныне Марокко, Тунис, Алжир и Ливия) промышляли захватом европейских судах и вытащил гигантские выкупы за освобождение заложников.

Для нападения на крупный европейский суд берберийские пираты использовали небольшие маневренные корабли. Разбойники из диких, малоразвитых стран держали в страхе и покорности сильнейших держав своего времени. Они грабили прибрежные города в Италии, и в Испании, нападали до Исландии, увозя пленных к своим берегам. Но в один прекрасный день их погубила собственная наглость.

Пиратство процветало в течение двух веков, так как некоторые европейские государства, и Америка платили дань местным пашам, которые, как поступок, жест, приказывали своим пиратам, не трогать их корабли. В 1797 году Сша заплатили за безопасность своих кораблей на миллион долларов – это пятая часть государственного бюджета. Верно, что американцы чувствовали себя униженными – и кем: общество оборванцев в шароварах! И в начале 1800-х годов американского военного флота пересек Атлантический океан и раздавлен, берберийцев, что конец пиратскому правительству.

Ноябрь 2008 – заложников выстроили на борту «Фаины» после того, как пираты потребовали доказательство, что все члены команды живы.

В моем представлении история с «Фаиной» должна стать таким переломным моментом. Начало конца сомалийского пиратства. Пираты зашли слишком далеко, когда просили на $35 млн выкупа, узнав, что их груз. Однако похитителей «Фаины», казалось, что не впечатлило то обстоятельство, что буквально стал пришпиленными к своему берегу наиболее мощные военно-морские силы в мире. Спустя три дня бесконечных попыток связаться с кораблем, на мой звонок наконец ответил один из пиратов. Он говорил по-английски.

«Могу я поговорить с представителем вашей пресс-службы?» (Мой мужчина в Найроби, сказал мне, что пираты – более продвинутая аудитория, чем принято считать, и, конечно, назначить ответственного за pr.)

В телефоне услышал крики на сомалийском, и через некоторое время Сагул Али, официальный представитель банды, был на линии.

«Хаа», – сделал это в трубку традиционное сомалийское приветствие.

Сагул был рад случаю поговорить. Некоторое время мы обсуждали о незаконной диетой: «рис, мясо, хлеб, спагетти – да нормальной человеческой еды», а потом поделился с нами своим пониманием феномена сомалийского пиратства. «Мы не считаем их бандитами, – сказал он. – Бандиты – это те, кто незаконно ловит рыбу в наших морях, загрязняет наши моря. И мы просто патрулируем свои воды. Вы можете позвонить нам береговой охраны».

Пираты часто используют этот аргумент для оправдания. Сомали принадлежат богатейшие морские ресурсы, и в сезон лодки со всех уголков мира устраивают здесь варварский промысел – взрывая динамитом скалы или сосать вакуумными устройствами со дна все рыбы, кораллы, камни, растения. За последние несколько месяцев переметнувшиеся к пиратам бывшие рыбаки рассказывали мне, как в начале 90-х, когда развалилось правительство, незаконное рыболовство и загрязнение моря токсичными отходами только началась, они стали встречаться, плавающие по волнам бочки с неизвестно каким содержанием. Реакция рыбаков были только вопросом времени.

Начали высаживаться на борт караваны, которые требуют от капитанов платить «дополнительную плату». Дело пошло, аппетиты росли. Недалеко было до нападения на сухогрузы и нефтяные танкеры в открытом море.

Когда я снова дозвонился до «Фаины», мне удалось узнать от другого пирата, Джамы Али, как скрываются в скалах Аденского залива, наблюдая за кораблями в телескоп. В определенной точке залива, сказал он, имеет очень узкий профиль, где пираты засаде близко, подходят корабли. «Если машина сбилась с дороги, жди проблем, – сказал он. – Здесь примерно то же самое».

«Мы преследовали этот украинский корабль в течение восьми часов, – вспоминает Яма. – Потерял свою лестницу, но, к счастью, нам удалось воспользоваться канатами, свисавшими вдоль ворот «Фаины». (Консультанты по вопросам безопасности позже мне сказали, что пусть веревки висят на боку, когда плывешь мимо берегов Сомали, – непростительная ошибка.)

Оказавшись на борту, пираты провели краткий перечень грузов и понял, что только что сорвали джек-пот – в их руках случайно оказывается оружие на $30 млн, ознакомиться с документами, на капитанском мостике, и обнаружили, что танки Т-72 и гранатометы проведенные не в Кении, как утверждало кенийское правительство, и в Южный Судан. Там должны быть передан армии бывших бандитов, ныне правящих стран.

Таким образом, благодаря сомалийским пиратам всплыла на свет еще один теневой африканских махинация с оружием. Тем не менее, после того, что с четвертого февраля 2009 года пираты получили выкуп и покинули «Фаину», члены команды заявляли, что те совсем не были удивлены, обнаружив в трюме корабля оружие. «Складывалось такое впечатление, что они знали, какой груз повезет, наш корабль», – сказал украинец Иван Горелюк. Таким образом, он создает совсем неудобная версия, согласно которой пираты захватили «Фаину» по наводке. Кстати, перед тем, как покинуть корабль, они заключили с ним большую часть стрелкового оружия.

«Эти ребята являются профессионалами», — сказал Эндрю Мвангура, глава восточно-африканского отделения организации поставщика, чтобы помочь морякам, пострадавшим от рук пиратов. Он объяснил мне, что «инвесторы» снабжают бандитов деньгами на корабли, оружие, бинокли, GPS-навигаторы, топливо и сигареты.

После завершения сделки получает оговоренную часть выкупа – как правило, около двадцати процентов. Еще 20 откладывается в фонд будущих операций, 30 идет на откаты, а остальное делится между пиратами и их подручными. И на всей этой пирамиды стоит сомалийские предприниматели, живущие в Кении, Джибути, Дубае и даже Лондон. Есть переводчики, бухгалтеры, инспекторы – полный штат белых воротничков, руководства пиратские операции из своих офисов.

Мвангура и другие эксперты на пиратство, мне сказали, что инвесторы должны иметь надежные соединения в сомалийском правительстве, особенно в полуавтономии Пунтленде, где находится Босасо. Они утверждают, что каждый день на охоту за иностранными судами выходят сотни лодок с сотнями вооруженных людей на борту, и тысячи других остались на берегу, охраняя заложников.

Декабрь 2008 Года, Франция, Тулон. Корпус морской пехоты работе от захвата пиратского корабля. В апреле 2008 года французы расплатились за судно Le Ponant фальшивые доллары, а затем схватил незаконным команду.

Выкуп, которые, как правило, передают из рук в руки, на корабле. Хотя в январе почти два месяца спустя после захвата аравийского супертанкера Sirius Star деньги были сброшены на борт в оранжевом водонепроницаемом чемодане с самолета без опознавательных знаков. Деньги в буквальном смысле взяли в руки пиратов на парашюте.

Разделив добычу, они так заторопились на берег, что осмелились плыть в шторм. Один катер перевернулся, и несколько пиратов утонули. Труп одного из них, с вымокшей пучком из $670 тысяч, примотанной к телу, прибило к берегу на следующее утро. 70 из них были его доля, остальные предназначены для инвесторов. Несколько детей пытались убежать от пляжа с наличными, но и взрослые вмешались, понял, что инвесторы, которые уже были когда-то явятся за деньгами.

Казалось бы, при этом с серьезной угрозой, которую пиратство представляет для мировой торговли, они давно должны получить четкий и жесткий отпор. Но пока этого не случилось. По большей части идет в юридические сложности, связанные с задержанием разбойников. В декабре я присоединился к итальянским военным морякам, пенсионерам Аравийское море на охоту на пиратов на 485‑футовом корабле, который оснащен торпеды, ракеты «земля–воздух», пулеметы, радаром, сонаром и инфракрасными камерами.

Итальянцы любят вкусный кофе и вкусная еда, но у меня сложилось впечатление, что они понятия не имели, что они будут делать с живым пиратом, если им удастся его поймать. Капитан сказал мне, что их задача-сопровождать корабли с провизией, отпугивая встречных разбойников воинственным видом. У них на борту, сказал он, даже не гауптвахты.

В Сомали, и в частности в Босасо местное правительство было бы счастливо посадить пиратов за решетку. Лидеры Пунтленда достаточно умны, чтобы понять, что западный мир уже имеет достаточно сомалийским пиратством на шее, и следующим шагом будет высадка войск ООН, которые задавят пиратов силой. Официально правительство заявляет, что делает все возможное для того, чтобы покончить с разбоем. В самом деле, как мне сообщили несколько чиновников в Босасо, правительство там на пиратских субсидии.

«Мне известно, что пунтлендская администрация – полностью пираты», — сказал мне один из членов этой администрации. Тем не менее, когда я попросил его назвать имена, он ограничился словами: «я Скажу вам одну вещь – мой аккаунт, не между ними».

Подозреваемый номер один – Мохамуд Моисею Хирси, также известный как Адде Мусе. Он был президентом Пунтленда, в то время как в январе это не сдвигаться с места. Говорят, что он работает в контакте с морскими разбойниками. Несколько пиратов показали мне, что платят дань Адде Мусе, чтобы иметь возможность заниматься своим ремеслом.

Я встретился с ним в октябре. Моисей был разгневан подозрениями в коррупции. «Это правда, – рявкнул он. – Мы, лидеры этой страны!» В его кабинете царил полумрак, но это не снимал солнцезащитные очки. Сгорбившийся в кресле в окружении подхалимов, он напоминал жирный гангстер. Недавно был командиром и сохранил соответствующие привычки – я имел несчастье видеть в Сомали и раньше: нежелание слушать собеседника, угрожающая поза.

Конфискованный у пиратов «арсенал» сделал бы честь ореховской ОПГ времен его расцвета.

Адде Мусе сказал, что его полиция недавно арестовала несколько десятков пиратов, и каждый из них получил год тюрьмы. «Хотите взглянуть на них? Пожалуйста!»

Мы вышли из президентского дворца, запрыгнули в цветных pick-up, потерял среди бытовой техники (в основном чисто сомалийское изобретение – джипы с сорванными крышами и приделанными сзади пулеметы), и понеслись через мусорные свалки на окраине Босасо. Потому, что мы имели разрешение от «самого», тюремщики при нашем прибытии нервно повскакали на ноги и начал судорожно рыться в карманах в поисках ключей.

Мы провели через тюремный двор с баскетбольной площадкой в центре. Охранник с АК-47 наперевес прохаживались на стенах тюрьмы. Заключенные тянули руки через решетку, моля о воду. Камеры были битком набиты людьми. Там были морщинистые старики и молодые мальчики, как, например, мальчик с ангельским лицом, который пырнул кого-то под ребра за то, что тот дразнился. Один из них заговорил со мной на хорошем английском. Я спросил, где можно увидеть пиратов.

«Пираты? Пиратов? – восклицал он, уставясь на меня, как на идиота. – Да, эта тюрьма полна пиратов! Во всем городе нет человека, который бы не был пиратом!» Я сразу понял, что пираты здесь на особом положении. Они были единственными, кто парился в камерах, и свободно прошли на баскетбольной площадке. Люди с редкими бородками и окаменевшими взглядами.

Один из них – Яма Абдуллахи, высокий худой пират в клетчатом арабском платке и с симптомами нервных расстройств. Мне пришлось бежать за ним на поле, потому что он был в состоянии спокойно сидеть на месте. Он немного говорил по-английски, и сказал, что его команда называлась «Берег сомалийской страны». А затем начали рассказывать, как они плавали на скоростных лодках, вооруженные АК, РПГ и базуками, и вытащил на борту корабля все, что попадалось на пути. «На нас работали пять сотен человек, не меньше, – сказал он. – Мы гребли миллионы».

Кто знает, может быть, это правда. Возможно, для кого-то из них это было так. Вероятно, имеют штаб-квартиры в Нью-Босасо с припаркованными у дверей «лендроверами». Может быть, когда появится в городе, женщины виснут на них, готовые выполнить любой их каприз. Конечно, для кого-то из сомалийских пиратов, все это так, но чем больше я говорю с этими ребятами, тем сильнее их похвальба кажется мне наигранной, и тем печальнее все это выглядит.

Настоящие пиратские деньги идут кому-то другому. Людям, которые носят костюмы, имеют секретарей и ходит в офис. Людям, которые никогда не увидит этой тюрьме, и никогда не было в вонючем криминальном городе Босасо. Мысль о том, что сомалийские пираты – Робин Гуды, мстящие тем, кто грабит их море – просто сентиментальные фантазии, прикрывающая уродливую реальность.

В лучшем случае богачи Босасо, по примеру правителей своей страны, наживая миллионы на хаоса и беззакония, бросить какие-то куски со своего стола и беднякам. Но это не о моих товарищей. Эти парни сражались, чтобы просто выжить. Взяли в руки «калашниковы» и сели в лодку, потому что это был их единственный способ заработать на хлеб.

Мы будем ориентироваться на заключения мира, пытаясь поймать ускользающую тень. Мои новые знакомые болезненно худы, с выступающими ключицами и стройные ноги. У них гнилые, желтые зубы и слезящиеся глаза. Их руки за много лет огрубели от рыболовных сетей. О чем я действительно хочу поговорить – это о своем рыбацком прошлом. Пират по имени Дири рассказывает мне о своем старом баркасе. «Восемь тонн», – с гордостью улыбается. Когда из прибрежных вод исчезли все рыбы, говорит Дири, он отправился в открытый океан. Но люди из крупных иностранных траулера перерезали его сети и отправил его домой.

Яма присоединяется к беседе. Сейчас, говорит о когда-то процветавшем семейном рыболовном бизнесе, похоже, что спокойнее. Он вспоминает о том, как хорошо шли на рынке, акул и омаров. Его отец и дед были рыбаками. «Брат», говорит он, глядя на кольца колючей проволоки, оплетающей стены, – я так соскучилась по морю».

Автор: Джеффри Джеттлмен

Источник turizminfo.ru

#Босасо#заложников#корабли#пираты#побережья#Сомали

Предыдущая запись

Следующая запись